Трудно сказать, когда на месте нынешнего Худжанда появилось первое поселение: ясно только то, что это было очень давно. Официальной датой основания Худжанда считается 514 г. до н. э. Александр Македонский, завоевав город, дал ему имя Александрия Эсхати. В 8 веке Александрия попала под власть арабов, а в 13 веке сюда пришли татаро-монголы, которые и уничтожили ее почти полностью. Но местоположение Худжанда на реке, на пересечении нескольких торговых путей, в том числе Великого шёлкового, было слишком удачным, чтобы ему оставаться в запустении. Город возродился, став крупным научным, политическим, торговым и культурным центром. В 1866 г. Худжанд отошёл к Российской империи, в советское время был переименован в Ленинабад.

Сухроб Шехов: «Таджикские актеры вынуждены подрабатывать таксистами или на стройке»

Сухроб Шехов: «Таджикские актеры вынуждены подрабатывать таксистами или на стройке»

Возвращение на родину получивших образование в России таджикских студентов сегодня стало, скорее, редкостью, нежели закономерным явлением. Большинство выпускников российских вузов из числа граждан Таджикистана предпочитают остаться в России, ведь там они, как правило, сразу находят работу с достойной оплатой, причем, по специальности. Выпускник Челябинской государственной академии культуры и искусств Сухроб Шехов бросил вызов нарастающей тенденции. Он не только вернулся в родные места, но и довольно успешно начал карьеру, став главным режиссером Русского драматического театра имени Пушкина в городе Бустон (бывший Чкаловск).

В интервью «Фергане» Сухроб Шехов рассказал о своем выборе, трудностях студенческой жизни в России, проблемах театральных актеров в Таджикистане, русском языке и миссии русского театра.

- Сухроб, насколько я знаю, вы не только учились в России, но и родились там. Верно?

- Да, это случилось в 1988 году. Тогда отец служил в войсковой части советских Вооруженных сил, дислоцированной в городе Астрахани, а мама работала в школе учительницей русского языка в Таджикистане. Она приехала в Астрахань, чтобы повидать мужа. Так как у нее уже был большой срок беременности, врачи не рекомендовали ей перелеты или долгие наземные поездки. Мама осталась в Астрахани, где я и родился. Она снимала комнатку у одной доброй бабушки. Мы жили у этой бабушки больше года — до момента демобилизации отца. Затем родители вернулись на малую родину — в город Канибадам на севере Таджикистана.

- Значит, хорошее владение и любовь к русскому языку у вас от мамы?

- Именно так. Мама сама прекрасно знала русскую литературу и старалась передать нам, детям, свою любовь к ней. Она всегда говорила, что мы должны больше читать русских классиков, чтобы стать разносторонне образованными людьми.

- Вы окончили школу на русском языке?

- Нет. В Канибадаме я окончил школу на таджикском языке, но изучал и русский, хотя, конечно, не в таком объеме, как в русскоязычных школах.

- А когда у Вас появился интерес к театру?

- Я с детства был артистичным, и родители, заметив у меня этот дар, в 14 лет отдали меня в студию юных актеров музыкального-драматического театра имени Тухфы Фазыловой. Здесь я приобрел навыки актерского мастерства у художественного руководителя театра Юнусали Эргашева, сыграл несколько ролей. После окончания школы в 2005 году я без колебаний поехал в столицу — город Душанбе, где поступил на режиссерское отделение Таджикского государственного института искусств имени Мирзо Турсун-заде.

Однако я всегда мечтал получить образование в России. Когда после окончания первого курса мне предложили принять участие в отборе на зачисление в российские вузы, я с удовольствием согласился. Из 20 участников отборочных туров остались только двое: я и Мирзо — сын Народного артиста Таджикистана, известного актера и режиссера Ато Мухамеджанова. Он поехал в Химки учиться на кинорежиссера, а я выбрал театральный факультет государственной Академии культуры и искусств Челябинска, где учился на режиссера драмы.

Сухроб ШеховФото из личного архива

- Трудно было? Чем запомнились годы обучения в Челябинске?

- Легко не было — это точно. Но мне все было интересно. Если бы ни этот интерес, я бы, наверное, не выдержал безумно напряженного графика. Занятия начинались в 8 часов утра и продолжались до 22-х ночи. В группе было 28 человек, среди которых только я один был иностранцем. На первом курсе нас предупредили, что из 28 человек только половина в лучшем случае дойдет до диплома. Тогда мы посмеялись. Но так и случилось. Многие ребята не выдержали до конца — кто-то ушел сам, некоторых отчислили из-за несдачи экзаменов, кто-то перевелся на другой факультет. В итоге до конца доучились всего 12 человек.

Первый и второй курс для меня были самими сложными. Во-первых, все-таки я не владел русским так, как местные, во-вторых, были предметы, от которых я был очень далек. Поначалу однокурсники по-доброму посмеивались над моим акцентом. Мне было очень сложно осваивать навалившийся объем новой информации, и я думал, что не выдержу и вернусь на родину. Несколько раз я звонил маме и говорил, что не смогу дальше. Но мама мне всегда отвечала: помни, зачем ты приехал, и какую цель ты перед собой поставил, будь сильным, и у тебя все получится. В какой-то момент я сам себе сказал: хоть умру, но пойду до конца. И с третьего курса у меня все начало получаться. С утра и допоздна я был в Академии, потом приходил в общежитие, где до трех ночи читал и готовился. Спал по 4 часа в сутки. Вскоре мои однокурсники начали приходить ко мне за конспектами и ответами на экзаменационные билеты.

Во время учебы в Академии я поставил три спектакля — «Счастье» по пьесе Людмилы Разумовской, «Господин Ибрагим и цветы Корана» по роману Шмитта и «Сумерки в долине» по Джону Сингу. Все мои постановки оказались удачными и получили высокие оценки. Особенно русским зрителям был интересен спектакль «Господин Ибрагим и цветы Корана», поскольку тема мусульманская, и стиль постановки был необычный. Я использовал живую музыку с восточными инструментами. Получилось очень трогательно, и публика даже плакала.

Сухроб Шехов в роли капитана Хлебникова в спектакле «Блиндаж» Василя Ткачева

- А вы поддерживаете связь со своими однокурсниками, преподавателями?

- Да, мы всегда в контакте. Связываемся в социальных сетях, обмениваемся новостями, узнаем, у кого что происходит в жизни и творчестве. Мы всегда в курсе — кто чем занимается, кто куда поехал. Им интересна каждая новость о Таджикистане. Мы все скидываем фотки и видео своих работ. Я, например, часто пишу в своих статусах в соцсетях, чем занимаюсь. Иногда вспоминаем студенческие годы, сравниваем, как мы выглядели тогда, и как мы сейчас выглядим. Смеемся, прикалываемся. В то время мы все были худенькие и забавные. Еще мы друг другу помогаем в поиске материала для реализации каких-то наших идей и новых постановок.

- Вам не хотелось остаться в России? Ведь там другие зарплаты, другая жизнь.

- Вы не первый, кто задает мне такой вопрос. Многие недоумевают по поводу моего выбора. Когда я окончил Академию, мне предложили работу в театре юного зрителя города Челябинска. Можно было на льготной основе получить российское гражданство. Однако я осознанно отказался от этих привилегий, так как еще будучи студентом я твердо решил: после получения диплома вернусь на Родину и отдам все силы, знания и энергию развитию национального театра. Я считаю, что мы больше востребованы на родине. В России режиссеров достаточно много, а в Таджикистане профессиональных режиссёров не хватает. Поэтому, когда нам предложили выбрать театр для постановки дипломного спектакля, я выбрал Русский драматический театр имени Пушкина города Бустона. Хотя я знал, что это театр маленького городка с 25-тысячным населением, абсолютное большинство которого составляют таджики.

- Но работа в провинциальном театре, наверняка, сопряжена со многими трудностями...

- Действительно, работать в провинции, особенно в провинциальных театрах — непростое дело. В нашем театре, в частности, не хватает актеров. Среди наших актеров 4 имеют высшее образование, трое являются студентами, еще трое имеют среднее образование. Мы ежегодно организуем кастинги, посредством которых выбираем молодых непрофессионалов актеров. У них есть энтузиазм и сильное желание играть на сцене. Но приходится прикладывать много сил и энергии, чтобы обучить этих ребят актерскому мастерству. Одной из существенных проблем является уровень знания русского языка. Для актеров, у которых есть проблемы с языком или акцент, в нашем театре организован курс усовершенствования русского.

Большая проблема с зарплатой актеров. Она крайне недостаточна для жизнеобеспечения. Поэтому наши актеры в нерабочее время вынуждены дополнительно зарабатывать на жизнь, работая таксистами или на стройке, занимаясь мелким бизнесом. Жаль, что они свое дорогое время вынуждены тратить на второстепенные занятия вместо того, чтобы заниматься чтением книг, участием в лаборатории какого-нибудь мастера либо тренинге, организованном профессионалами.

И конечно, у нас слабая материально-техническая база для постановки хороших спектаклей. Тем не менее мы стараемся порадовать зрителей интересными постановками.

- Почти все режиссеры жалуются на отсутствие зрителей в таджикских театрах. Театры стали невостребованными?

- В советское время народ часто ходил в театры. Теперь интерес людей к театру угас. К сожалению, среди зрителей редко встретишь молодежь. Но мы делаем все от нас зависящее, чтобы вернуть в театр публику. Прежде всего, должны стараемся ставить те произведения, которые затрагивают проблемы молодежи и показывают пути их решения. Основными нашими зрителями являются представители русской диаспоры. Было бы хорошо, если бы представители посольства России в Таджикистане, а также консульства в Худжанде регулярно посещали наш театр и хотя бы немного поддерживали нас. Сотрудники консульства, правда, посещают премьеры наших спектаклей. Однако поддержки с их стороны пока нет.

В роли хозяина дома Кодира в спектакле «Во всем виновата любовь» Олима Салимова

- Тем не менее, вы ставите четыре спектакля в год, сами в них играете, руководите студией молодых актеров, действующей при школе искусств города Бустона. Еще и находите время для режиссерской работы в кино. Что вас стимулирует заниматься столькими видами деятельности?

- Когда я вернулся в Таджикистан, меня сразу приняли в театр ассистентом режиссера. Тогда мне было 23 года. Я сыграл почти во всех спектаклях в нашем театре. Несколько раз мои спектакли получали награды на республиканском театральном фестивале «Парасту». Мне интересно все, чем я занимаюсь. А стимулом для меня является реакция публики. Когда зрители после окончания спектакля аплодируют, пишут или высказывают в мой адрес добрые слова, я заряжаюсь энергией и бодростью. Значит, моя работа не пропала даром. Это самое главное для меня.

- Вы сказали, что молодежь не идет в театры. А что вы вообще можете сказать о современной таджикской молодежи?

- Думаю, проблем у нашей молодежи очень много. Первая проблема молодежи связана с уровнем ее образованности. К сожалению, сегодня не все молодые люди хотят учиться. Сложилась порочная практика платить и ходить в вуз ради галочки, ради диплома. Отсюда и нехватка специалистов в Таджикистане Другая проблема — воспитание подрастающего поколения. Большинство родителей очень мало внимания уделяют своим детям. Во многих семьях родители уехали на заработки в Россию, а дети на родине остались с родственниками. Часто эти дети живут сами по себе, а родители только материально поддерживают их, не принимая участия в их воспитании. Это неблагополучная ситуация. Вырастают молодые люди, которым не привиты семейные ценности, и они элементарно не обладают культурой общения со старшими. Еще одна проблема — непрочные семьи среди молодых. Многие молодожены уже через три-четыре месяца разводятся. Есть и другие проблемы, но это отдельная тема.

Вместе с молодыми режиссерами из Центральной Азии на курсах повышения мастерства в лаборатории театра «Ильхом» в Ташкенте (Сухроб в нижнем ряду второй справа)

- В чем, на ваш взгляд, заключается миссия русского театра в Таджикистане?

- В Таджикистане есть всего два русских театра: один — театр имени Маяковского в Душанбе, второй — наш театр, единственный в Согдийской области. Русский театр — он не только для русскоязычной публики, но нужен всем народам. Ведь в Таджикистане русский язык имеет статус языка межнационального общения. В наших школах преподают русский язык, дети читают русских классиков. Наша миссия заключается в том, чтобы наши таджикские дети учились русскому языку не только по книжкам, но и посредством театрального искусства, живого диалога на сцене. Сам президент Таджикистана Эмомали Рахмон не раз говорил о важности изучения русского языка, в том числе и потому, что тысячи наших граждан работают в России. В этом плане миссия русского театра становится вдвойне важной. И, кстати, было бы хорошо, если бы русские театры имели возможность ежегодно ездить на гастроли в Россию и показывать свои спектакли работающим в этой стране нашим соотечественникам. Это было бы полезно всем — и Таджикистану, и России. Но нужна поддержка со стороны обоих государств.

Источник: Азия+

16:38
39
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...